.png)
(сохранились три шпалеры: в Государственном музее изобразительных искусств имени А.С. Пушкина в Москве, в Музее Клюни в Париже и в Художественном музее Карнеги в Питтсбурге (последняя шпалера сильно обрезана внизу))
Надпись по центру верхней стороны бордюра:
Irruat horribilis quamquam presentia mortis
Tuta tamen spes est in bonitate dei.
Хотя и вторгается ужасное присутствие смерти,
однако крепка Надежда на милость Божию.
Эта шпалера посвящена надежде на спасение, прежде всего – на спасение по милости Божьей. Не случайно ключевое место в композиции отведено Богу-Отцу с распростертыми, словно готовыми обнять руками в просвете между облаками в правом верхнем углу. Возможно, именно поэтому на ней представлены только ветхозаветные персонажи: ни античных героев, ни исторических и легендарных личностей европейского Средневековья здесь нет, в отличие от триумфов остальных добродетелей. Даже две другие теологические добродетели – Любовь и Вера – не обнаруживают такой строгости в подборе персонажей.
Почти по центру шпалеры изображен гибнущий корабль со сломанными мачтами, прихотливо закручивающимися порванными канатами, скомканным парусом и мечущимися в страхе людьми. Справа вдали – уже наполовину ушедшее под воду судно, рядом с которым виднеются фигурки тонущих. В небе реют ветры – VVLTVRNVS (восточный или юго-восточный ветер Вольтурн в римской мифологии, в греческой – Эвр), BORCAS (неправильно написанный BOREAS – Борей, сын бога звёздного неба Астрея и богини утренней зари Эос, бурный ветер, ассоциировавшийся со стихийными силами природы в греческой мифологии) и AQVILO (Аквилон – древнеримский северный или северо-восточный ветер, соответствующий греческому Борею). Эти ветры не крылаты, но держат меха, с помощью которых приводят судно к крушению. Особенно усердствует бородатый Вольтурн, направляющий трубку меха прямо в парус несчастного корабля. Из облаков выглядывает небольшая дующая голова, принадлежащая, скорее всего, Австру (греческому Ноту – горячему и влажному южному ветру). Примечательно, что в четверке отсутствует нежный западный ветер Зефир (римский Фавоний), неспособный вызвать кораблекрушения, а суровый северный ветер, по сути, представлен дважды – в греческой и римской версиях.
Главная героиня – Надежда (SDES вместо SPES) – не восседает на колеснице, как прочие добродетели, но левее центра плывет в ладье, резко контрастирующей с вышеописанными тонущими судами. Ее парус предусмотрительно собран, все снасти целы, так что она благополучно приближается к берегу, влекомая двумя бородатыми мужчинами в оковах и цепях, с воздетыми к небу в мольбе руками. Подобно Ноеву ковчегу, эта ладья может служить символом христианской церкви, общности людей, объединенных стремлением к спасению души и обретению Царства Божия. Тянущие ее могучие «бурлаки» ассоциируются с несущими покаяние грешниками, таким образом старающимися искупить свои грехи. Можно даже сказать, что они стабилизируют ситуацию, не давая волнам унести ладью, притягивая ее к спасительному берегу и играя роль якоря, который является распространенным символом Надежды. Руки последней молитвенно сложены и в то же время держат серп, который, наряду с косой, воплощает здесь надежду на добрый урожай как земной, так и небесный, духовный. Она одета в платье традиционного для надежды зеленого цвета. За ее спиной, на мачте, висит клетка с птицей, символизирующей человеческую душу, пребывающую в дольнем – греховном – мире. На носу корабля царит сгоревшая и возродившаяся из пепла птица феникс – символ воскресения и, соответственно, надежды на спасение.
Весь передний план и фланги композиции занимают различные герои Ветхого Завета. Почти все они преклонили колени и молятся Богу, обратившись к той части шпалеры, где Он изображен. Ближе всех к Господу, прямо под божественным облаком, расположен первый и самый важный иудейский пророк, выведший евреев из Египта, – Моисей (MOSES) в красных одеждах, с воздетыми вверх руками (его жизни и деяниям посвящены книги Исход, Левит, Числа, Второзаконие). Рядом с ним стоят внушительные скрижали завета. Правее – частично срезанная бордюром фигура брата Моисея Аарона (AARON), первого священника евреев, смиренного заступника за народ Израиля, который относился к нему с большим уважением и любовью. Прообразуя христианское священство, Аарон носит далматик и митру, что исполнено глубокого смысла, но не соответствует ветхозаветному описанию (Исх. 28, похожи только цвета – голубой, белый, дополнения из золота и пурпура). Ниже молится пятый из судей Израиля Гедеон (GEDEON), облаченный в некое подобие римских доспехов. Перед ним – знаменитое руно, посредством которого Господь давал ему знаки перед битвой с мадианитянами (Суд. 6: 36-40). Неуверенный в своих силах, он все же преодолел страх верой и надеждой на помощь Господа. За Гедеоном – особенно любимый автором программы этой серии шпалер царь Давид (DAVID, рассказ о нем – в Первой и Второй книгах Царств), автор псалмов, в которых воплощены разные оттенки упований на Бога – от близкой к отчаянию робкой надежды до уверенной хвалы Господу. Справа от него лежит псалтерий (или киннор – музыкальный инструмент, сравнимый с арфой и гуслями). Наконец, в правом нижнем углу изображена решетка львиного рва, за которой виднеется профильная полуфигура одного из четырех библейских пророков – Даниила (DANIEL, о нем – в книге пророка Даниила). Как известно, не переставая надеяться на помощь свыше, он чудом уцелел в окружении голодных львов (три их морды хорошо различимы рядом с молящимся пророком).
Нет полной ясности с персонажами, пребывающими в воде около носа ладьи. Изображенные с разной степенью подробности на трех сохранившихся шпалерах с триумфом Надежды, они все-таки склоняют исследователей в пользу истории Ионы (так, на шпалере из Музея Клюни Ж. Сушаль разглядела хвост кита). Один из малых пророков, он в какой-то момент ослушался Господа и, вместо того чтобы идти обличать ниневийцев, поплыл в Фарсис, вызвав гнев Бога. В результате разразившейся бури был выброшен в море и проглочен китом, в чреве которого пребывал три дня, после чего вышел из него живым, став прообразом воскресшего Христа и символом несокрушимой надежды (книга пророка Ионы).
Левее центра композиции бросается в глаза группа женских персонажей, замыкаемая Деборой (DELBORA), одной из пророчиц и судей Израиля, предрекшей Вараку, что Сисару убьет не полководец, а женщина. Ей же принадлежит исполненный надежды на помощь Бога победный гимн (Суд. 4-5). Перед ней можно видеть прекрасную вдову из Ветилуи Юдифь (IVDICH), фигурирующую на четырех шпалерах данной серии (Иудифь 8-16). В нарядном красном платье и сложном тюрбане, преисполненная верой и надеждой, которые придали ей смелость, она не сложила руки в молитве, так как держит меч и голову ассирийского военачальника Олоферна. Правее Эсфирь (HESTER) в короне и синем плаще с горностаевым воротником, указывающими на ее царский статус супруги персидского царя Артаксеркса, собирается в обход всех правил ходатайствовать перед ним за еврейский народ, который задумал истребить Аман (Есф. 2-8). Любовь к своему народу, надежда и вера сделали ее сильной, но в жесте рук еще ощущается некоторая нерешительность, а выражение лица отмечено невинностью и трогательной непосредственностью. Немного позади стоит на коленях воспитавший ее дядя Мардохей (MARDOCEVS). Возглавляет женскую группу Сусанна (SVSANA) – праведная жена из Вавилона, едва не павшая жертвой свидетельствовавших против нее отвергнутых сладострастных старцев и оправданная пророком Даниилом. Ее облик достаточно скромен, руки стянуты веревками. Молитва Сусанны на суде соединила в себе отчаяние и остатки надежды и была услышана Господом (Дан. 13).
В левом нижнем углу сидит в колодках, наручниках и железном ошейнике иудейский царь Манассия (MANSSES), образуя композиционную параллель к пленному Даниилу. Возродивший языческие культы и запятнавший себя многими преступлениями, он был наказан свыше ассирийским пленом, в котором раскаялся настолько, что Господь вернул ему утраченное (2 Пар. 33). И здесь надежда на Бога опять оказалась не напрасной. Наконец, левую сторону композиции замыкает выразительная группа из трех знатных иудейских отроков – Анании (ANANIA), Мисаила (MISAEL) и Азарии (AZARIA), с надеждой обращающихся к Господу из полнящейся огнем и дымом печи. Друзья пророка Даниила, отказавшиеся поклониться золотому идолу, были обречены Навуходоносором на ужасную смерть, но чудесным образом спаслись. В результате даже сам вавилонский царь воздал хвалу Богу иудеев и признал действенность надежды на Него (Дан. 3).