.png)
Шпалера «Венера и ее дети» из серии «Семь планет и их дети». 1549 г.
По картону Георга Пенца (1500–1550)
Германия, Нойбург-на-Дунае.
Шерсть, шелк; шпалерное ткачество. 188 × 103 см.
Фонд Мартина Бодмера. Колоньи, Женева. Инв. 90
Графический стиль шпалеры, ее выдержанность преимущественно в охристо-зеленых тонах (почти монохромность), а также редкая выверенность и четкость композиции указывают на то, что она должна восходить к гравюре известного мастера. И действительно она весьма точно повторяет in reverse соответствующую гравюру на дереве немецкого художника и гравёра Георга Пенца из серии детей планет, созданной им в 1531 году и ставшей исключительно популярной и влиятельной в искусстве к северу от Альп в XVI веке. В свою очередь и гравюры Пенца из этой серии, очевидно, имели прототипы — в аналогичной серии гравюр Баччо Бальдини (около 1460, флорентийская гравюра на меди), где изображения занятий детей планет дополнены образами планетных богов, триумфально едущих по небу на колесницах, колеса которых украшены подчиненными им знаками зодиака (в случае Венеры это Телец и Весы).
У Пенца Венера с большой стрелой в руке восседает в повозке, запряженной двумя голубями — птицами, известными своим нежным отношением друг к другу. Ее сын Амур стоит на облучке и, несмотря на завязанные глаза, натягивает тетиву своего лука. Одно уже подстреленное им сердце улетает прочь на маленьких крыльях, вероятно, символизирующих быстротечность счастья влюбленных. Мать не оставляет сына без контроля и как будто направляет с помощью закрепленного на его талии короткого поводка (заметим попутно, что малыш лишен крыльев, что, вероятно, также ограничивает его возможности). У Венеры необычная прическа — с чубом, свободно развевающимся в сторону, противоположную движению ветра. Подобный чуб можно увидеть у Фортуны и еще чаще у бога удачи Кайроса: согласно расхожей поговорке, только особым счастливцам удается ухватиться за этот чуб. Еще один атрибут Фортуны — шар, на котором она обычно балансирует, демонстрируя непостоянство удачи. В композиции Пенца на шарообразном облучке стоит Амур, что, вероятно, тоже не случайно. Таким образом, Венера с сыном здесь отчасти присваивает себе функции Фортуны, вершащей судьбы людей.
А внизу, под облаками, дети Венеры занимаются любимыми делами. На переднем плане музицируют и читают, очевидно, какие-то романы или любовную лирику. На среднем — обнаженными прогуливаются и купаются в пруду, без излишних условностей (грубоватая черта, чаще встречающаяся в северных изводах темы детей Венеры). Еще дальше, справа — сидят за общим столом под сводом центрической постройки, на верхнем ярусе которой расположились музыканты.
Расхождения шпалеры с гравюрой Пенца минимальны: та же ограничивающая сад стенка вдали (отсылка к иконографии огороженного сада любви), та же колокольня церкви на холме на дальнем плане, те же охлаждающиеся в воде сосуды с вином, похожие деревья и цветы. Различаются лишь детали одежды (особенно заметен иной головной убор у играющего на свирели) и единичные подробности (например, на шпалере нет ни лютни, лежащей ближе к нижнему краю изображения, ни парочки в зарослях за прудом). Получившийся образ морально нейтрален: в нем нет ни сатиры, ни нравоучения, лишь рассказ о тех, кто родился под покровительством планеты Венера.
В отличие от гравюры Пенца, печатавшейся с четырех досок и дополнявшейся текстом по желанию, шпалера имеет фиксированные надписи. Они выполнены готическим шрифтом и расположены на верхнем поле. На первой строке — имя богини (Venus) и дата (1548), на второй и третьей — небольшой рифмованный текст на немецком языке XVI века:
Min Bild Das Ist Frowenlich
nid Bund Haß die Still Ich.
Min kind sindt geneigt Zu der minne
singen und frolich mit gutem sine.
(Мой образ, он женственный,
Я ненавижу, когда под корсажем тишь.
Мои дети склонны воспевать любовь
Радостно и с добрыми чувствами.)